Чистосердечное признание жены Андрея Панина! Тайн больше нет?

Чистосердечное признание жены Андрея Панина! Тайн больше нет?

Мы взяли это интервью незадолго до того, как погиб Андрей Панин. Но для нас и для миллионов наших читателей он остается живым: в своем творчестве, в своих фильмах, в своей семье, в своих детях. И поэтому мы решили опубликовать это интервью именно так, как оно прозвучало, когда мы разговаривали с женой Андрея Панина — актрисой Натальей Рогожкиной.

Мы с Андреем вместе уже 18 лет. И наши отношения — настоящие 

американские горки. Мы же с ним совершенно разные люди! Полярные противоположности с диаметральными взглядами на семейную жизнь. Хорошо еще, что у нас такая счастливая профессия, что мы имеем возможность отдыхать друг от друга. Я не могу без ужаса вообразить, как бы мы 18 лет без перерыва встречались после работы дома — не успев соскучиться, не успев все проанализировать и прийти к выводу, что заменить друг друга кем-то на стороне мы не сможем.

— Но если мысли на этот счет вообще возникают, это означает, что с какими-то недостатками вашего мужа вам трудно мириться…

— Это только поначалу Андрей казался мне человеком без недостатков. Не в том смысле, что я их не замечала, просто в тот период мне даже странно было бы называть какие-то особенности.

его характера недостатками. Я видела в них исключительно проявление его неординарности. Что неудивительно: на момент знакомства мне было 19 лет, Андрею — 32. То есть я — совсем девчонка и он — сформировавшийся мужчина. Разумеется, я приняла его таким, какой он есть. Меня устраивало, что он — планета абсолютно самодостаточная. Вокруг него можно только вращаться неким спутником. И что он человек-хаос. Андрей врывался в мою жизнь и исчезал, потом вновь появлялся и опять надолго пропадал, а затем возникал снова. Пока люди не живут вместе, такая фрагментарность появлений кажется нормой. Человек привносит в твою жизнь праздник, дарит тебе общение с собой — и ты так и воспринимаешь это, как некий подарок. Но когда ты с этим человеком начинаешь жить семьей, а фрагментарность его появлений не меняется — это сказывается на

семейной жизни. Ты вдруг обнаруживаешь, что такую же жадную потребность в нем испытывают еще и другие люди. А ты теперь — по другую сторону баррикад…

— А как вы с Андреем Паниным познакомились?

— Он появился на нашем курсе в Школе-студии МХАТ в качестве ассистента-педагога по приглашению Дмитрия Владимировича Брусникина — ставить спектакль «Женитьба Бальзаминова». Хотя, по-моему, таких, как Панин, нельзя пускать к студентам. Это же бешеный человек, с безумным обаянием. Помню, он постоянно что-то говорил, бегал по аудитории, вообще был сгустком какой-то немыслимой энергии. Любви с первого взгляда я к нему не почувствовала, но невозможно было не обратить на такого человека внимание. Что за эмоции испытывал в 

тот момент Андрей по отношению ко мне, не знаю, но под его пристальное мужское внимание я попала. Может быть, благодаря колдовскому действию своей рыжины. Просто не успела за кого-нибудь спрятаться, и яркий цвет моих волос бросился Андрею Владимировичу в глаза…

А в конце третьего курса мне предложили сыграть во МХАТе главную роль в спектакле «Ундина». Андрей в нем участвовал и взялся помогать мне на вводных репетициях. Мы опять соприкоснулись. Теперь уже в театре, то есть на его территории. И я смотрела на него все с большим интересом. Ведь обаяние таланта завораживает! А тут еще я увидела Андрея в спектакле «Смертельный номер». И для меня это действительно стало «смертельным номером» — я «погибла» окончательно и бесповоротно. (С улыбкой.) Правда, со временем поняла, что погибала-то я.

Еще новости: 12345678910>